Анна Роддик
Yeah, I fell out of bed the first night I was sleeping here. That’s about as close to skydiving I got this week (c) Andy Roddick
Еще одно психологическое открытие за недавнее время. Почему мне так тяжело дался уход отца из семьи - потому что я была абсолютно «его» дочкой. Не по характеру, а по увлечениям. Папина линия все сплошь проф.спортсмены. Моя старшая сестра и мама про спорт ничего и соушать не хотели и всегда были от него далеки настолько, насколько я далека от балета.

Папа меня понимал. Он единственный меня понимал тогда из всей семьи. Он понимал, почему «попинать мячик после уроков» мне было важнее, чем эта сраная музыкалка, на которую меня таскала мама (потому что ее детская мечта была играть на фортепиано), почему грамоты за веселые старты, соревнования по футболу и медальки за сдачу нормативов на рекорд мне были важнее троек по английскому, замечаний за несделанное домашнее задание и проваленных контрольных по математике. Только папа понимал, почему я перед 11 классом решила бросить наш лучший в москве лицей и уйти в какую-то сомнительную по качеству образования школу со свободным посещением. Потому что там обитали такие же, как и я, спортсмены (а помимо них актеры и актриссы, модели, музыканты и все, кто не может посвящать много времени учебе).

Но даже больше потому, что папа понимал и понимает, как тяжело дается каждая спортивная победа и каждое даже маленькое, как сейчас на гимнастике, спортивное достижение. Мама всю жизнь обесценивала мою любовь к спорту и обесценивала все мои в нем старания. И что самое смешное, она делает это до сих пор. Меня мама до сих пор почему-то обесценивает, я не знаю почему, но это бесит даже в мои 26 почти до слез. Даже после прошедших соревнований, где я выполнила многоборье (а это означало залезть на мои нелюбимые брусья, которые я никогда не делала и не делаю), показала маме видос брусьев, она, которая в жизни вообще никаким спортом никогда не занималась, говорит «хмм, ну да, видно, что тебе тяжеловато». Или с диким восторгом показываю видео нового какого-нибудь акробатического трюка, который я первый раз встала «ой, ну тут ты шаг лишний сделала на приземлении», показываю бревно «ой чего-то ты медленно очень делаешь». мам, блин, серьезно??? Твоя 26 летняя дочь всего год занимается спортивной гимнастикой, спортом, которым начинают заниматься в детстве, периодически висит над землей на расстоянии двух-трех метров, делает сальто на дощечке шириной в 8 см, крутит в воздухе себя в двух разных плоскостях, а ты, блин, видишь какие-то «лишние шаги при приземлениях», «кривую траекторию» и тп. Тоже мне блин главный спортсмен, она целыми днями лежит на кровати и собирает паззлы на компьютере.

В детстве было то же самое. Какая там радость от того, что твоя дочь стала кандидатом в мастера спорту по футболу, когда англичанка написала в дневник замечание. Срать на все мои мечты и достижения мама хотела. Потому что в ее системе ценностей кмс означает ничего, гимнастика это круто, но пока моя «легкая программа» отличается от программ олимпийских гимнасток, она даже глазом не поведет. И вот поэтому я так тяжело воспринимала папин уход. И поэтому я еще тяжелее воспринимала тот факт, что после ухода папа больше общался с моей сестрой (как мне тогда казалось). Потому что голос в моей голове говорил «Ну как же так, пап? Это же я твой человек, это же я с тобой могу гонять мяч и бегать, это же мы с тоблй можем проводить выходные на великах, в картинге или за игрой в теннис. Почему же ты сейчас с ней, а не со мной? Я так старалась для тебя, пап...»